Главная

Онкологические заболевания.
Школа здоровья. GuberniaTV
Вести-Хабаровск.
Интервью с Александром Витько
Против рака

Медицинская помощь больным с онкологическими заболеваниями

Краевой клинический центр онкологии будет поставлять радиофармпрепараты в соседние регионы
"Дорожная карта" министерства здравоохранения Хабаровского края
Визит японской делегации.
В Хабаровске лучшим медикам края вручили губернаторские премии «Признание-2016»
Онкологическая служба Хабаровского края совершенствует свою работу.
Праздничное шествие предприятий, организаций города, посвященное Дню города.
Всемирный день донора крови.
Результаты независимой оценки качества оказания услуг организациями

Последние новости

За массивной дверью - техническое сердце всего центра Позитронно-эмиссионной томографии - циклотрон. Здесь нарабатывается три фарм препарата. Они необходимы для диагностики рака на самых ранних стадиях. Один из них поставляют и во Владивосток.

Валентина Стрелкова - заведующая КГБУЗ ККЦО "Центром ПЭТ"

- Мощностей нашего ПЭТ-центр достаточно для того, чтобы обеспечить всем необходимым весь Дальневосточный федеральный округ и Китай

С применением собственных препаратов на ПЭТ-КТ сканере проверяют до сорока человек в день. За 5 лет работы прошли исследование около 40 тысяч пациентов. Методика позволяет выявить даже малейшие изменения в организме. И назначить точное лечение.

Ирина Енисейская - зам. главного врача по радиотерапии КГБУЗ "Краевой клинический центр онкологии", главный внештатный радиолог ДФО

- Если, например, еще 10 лет назад, у нас погрешность лучевой терапии составляла 1-2 сантиметра, то сейчас эта погрешность составляет десятые и даже сотые доли миллиметра

Кроме того в 7 операционных ежедневно проходит до 20 сложнейших процедур.

Татьяна Шевчук

- Это полностью интегрированная операционная. Управление оборудованием ведет непосредственно хирург, что значительно упрощает работу всех бригады. А главное повышает безопасность пациента.

И позволяет проводить малоинвазивные операции.

Комсомольск-на-Амуре

Подобное оборудование и на вооружении медиков онкологического диспансера Комсомольска-на-Амуре.

Кирилл Норкин - онколог онкологического диспансера г. Комсомольска-на-Амуре

- Пациент в этот же день принимает пищу, он двигается, активный. Это минимальный срок пребывания пациента на койке и, соответственно, исключение многих видов осложнений.

Первичный прием, обследование и постановка диагноза - теперь задача профильных врачей в поликлиниках. Ставка онколога сейчас - в каждом районе.

Антон Хайми, заведующий поликлиническим отделением онкологического диспансера г. Комсомольска-на-Амуре

- К нам пациент приходит уже обследованным, с уже установленным диагнозом, чтобы мы сразу начинали лечение.

От ранней диагностики до своевременного эффективного лечения. Как заявил президент России в своем послании Федеральному Собранию, борьба против рака должна стать общенациональной программой.

Александр Витько - министр здравоохранения Хабаровского края

- Ведется очень мощная организационно-методическая работа. Сегодня мы сформировали регистр популяционный больных раком на территории Хабаровского края. У нас есть госпитальный регистр этих пациентов. Поэтому в принципе для того, чтобы сегодня понимать куда двигаться дальше, у нас сегодня есть полностью все цифры

Так на базе краевого онкологического центра планируется создание протонного комплекса. С помощью тяжелозаряженных частиц появится возможность лечить самые сложные случаи рака.

Источник: http://vestidv.ru/news/18/03/12/23249

...
13

Марта

Основной доклад представил Рогачиков Ю.Е., заведующий отделением гастроэнтерологии КГБУЗ ККБ №1., который ответил на многочисленные вопросы коллег.

Фото ОМИТиТ КГБУЗ «ККЦО»

...
5

Марта

Врачам Хабаровского края, желающим повысить свою квалификацию в сфере пересадки костного мозга, главный детский гематолог страны предложил приезжать в возглавляемый им центр и учиться бесплатно. Об этом Александр Румянцев заявил в ходе посещения краевого онкологического центра, одного из ведущих медицинских учреждений края, сообщает корр. ИА AmurMedia.

Подробнее...

...
13

Февраля

Всемирный день борьбы против рака — памятная дата, отмечаемая ежегодно 4 февраля. Провозглашена «Международным союзом по борьбе с онкологическими заболеваниями» (Международный союз против рака) (UICC). Цель этого международного дня — повышение осведомлённости о раке как об одном из самых страшных заболеваний современной цивилизации, привлечение внимания к предотвращению, выявлению и лечению этого заболевания.

Международный день защиты от рака указывает общественности на задачи, стоящие перед миром в борьбе с раком и призывает политиков и организаций-членов UICC относиться к раку, как политическому приоритету.

Известно, что возникновение 43 % раковых заболеваний можно было бы предотвратить с помощью таких норм здорового поведения, как:

  • Ограждение доступа к курению, борьба с этим явлением.
  • Физическая активность, сбалансированная, здоровая пища.
  • Вакцинация против вирусов, вызывающих рак печени и шейки матки
  • Избегание длительного пребывания на солнце и в соляриях.

  • 4 февраля ежегодно отмечается Всемирный день борьбы с раковыми заболеваниями (World Cancer Day).
  • Он был учрежден Международным союзом борьбы против рака (International Union Against Cancer, UICC) с целью привлечения внимания мировой общественности к этой глобальной проблеме.
  • Ежегодно Всемирный день борьбы с раковыми заболеваниями имеет свою тему. В 2016-2018 годах Всемирный день борьбы с раковыми заболеваниями проводится под девизом "Мы можем. Я могу" (We can. I can), призывая осмыслить то, что может сделать каждый в борьбе против этой болезни и внести свой вклад в кампанию против рака.
  • Рак — это общее обозначение более 100 болезней, которые могут поражать любую часть тела. Иногда для обозначения этих заболеваний используются также такие термины, как злокачественные опухоли или новообразования. Характерным признаком рака является быстрое образование аномальных клеток, прорастающих за пределы своих обычных границ и способных проникать в близлежащие части тела и распространяться в другие органы. Этот процесс называется метастазом. Именно метастазы являются основной причиной смерти от рака.
  • Рак развивается из одной клетки. Превращение нормальной клетки в раковую происходит в ходе многоэтапного процесса, представляющего развитие предракового состояния в злокачественную опухоль.
  • Эти изменения происходят в результате взаимодействия между генетическими факторами человека и тремя типами внешних факторов, включающих физические канцерогены (ультрафиолетовое и ионизирующее излучение); химические канцерогены (асбест, компоненты табачного дыма, афлатоксины (загрязнители пищевых продуктов), мышьяк); биологические канцерогены, вызываемые некоторыми вирусами, бактериями или паразитами.
  • Наиболее часто встречаемые типы рака среди мужчин и женщин отличаются друг от друга. У мужчин чаще всего диагностируют рак легкого, рак желудка и рак предстательной железы. В ряде стран рак предстательной железы у мужчин выходит на первое место. У женщин на первом месте — рак молочной железы.
  • В детской онкологии большинство диагнозов связаны со злокачественными заболеваниями крови и лимфатической системы, либо со злокачественными опухолями солидной структуры, чаще всего саркомами.
  • Среди основных причин, формирующих заболеваемость раком, как показывает статистика, лидирующую позицию занимает неправильное питание — до 35%. На втором месте курение — до 32%. Следует также не увлекаться загаром, не употреблять продукты с красителями и регулярно показываться врачу.
  • При раннем выявлении и лечении рака смертность от этой болезни можно уменьшить. Существует два способа раннего выявления рака — раннее диагностирование и скрининг (систематическое проведение диагностики опухоли на ранней стадии).
  • По данным онкологов, на начальной стадии практически все опухоли поддаются терапии, причем в 99% случаев их можно вылечить хирургическим путем. Хорошо поддаются терапии даже на продвинутой стадии опухоли яичников, молочной железы, мужской половой сферы, опухоли головы и шеи, лимфомы.
  • Начиная с 50 лет каждому человеку не реже одного раза в год следует обследоваться у онколога. Женщина должна посетить гинеколога, проктолога и маммолога, мужчина — сделать рентген легких, обследовать желудок, толстую кишку и предстательную железу. Эти обследования являются ранним подходом к выявлению онкологических заболеваний.
  • Согласно данным онкологов, при лечении рака на ранней стадии показатель 10-летней выживаемости достигает 95% и более.
  • Российская онкологическая хирургия занимает лидирующее место в мире, однако, по мнению онкологов, на государственном уровне требует внимания проблема организации ранней диагностики и лечения раковых заболеваний.
  • Сегодня в арсенале врачей есть все современные технологии для терапии онкологических заболеваний. Но чтобы добиться успехов в лечении, пациенту нужно доверять врачу, не обращаться к шарлатанам, которые спекулируют на его беде. В настоящее время рак не приговор: это болезнь, с которой можно справиться, которую умеют лечить.
Материал подготовлен на основе информации РИА Новости и открытых источников:

https://ria.ru/spravka/20170204/1487065918.html

https://www.uicc.org/what-we-do/convening/world-cancer-day

http://worldcancerday.org/materials?content=&sm_vid_Resources_Language=Russian

.node864 ul { list-style: initial; } .node864 li { border-bottom: none !important; line-height: normal !important; } ...
26

Января

В связи с проведением в г. Хабаровске Фондом профилактики рака "Не напрасно"( https://nenaprasno.ru/ ) при научно-клинической поддержке ФГБУ "НМИЦ онкологии им. Н.Н.Петрова Минздрава России акции по раннему выявлению рака молочной железы, в рамках работы Хабаровского онкологического общества 15 декабря 2017 г. проведен круглый стол по результатам акции и по вопросам диагностики рака молочной железы.

В работе участвовали врачи-специалисты онкологи, терапевты, хирурги, акушеры-гинекологи, рентгенологи, врачи ультразвуковой диагностики и другие специалисты.

Со вступительным словом к присутствующим обратился Корнеев Станислав Михайлович врач-онколог КГБУЗ 2ККЦО», председатель онкомаммологической комиссии, к.м.н.

Принципы организации скрининга рака довел до коллег Фоминцев Илья Алексеевич, директор Фонда профилактики рака, член правления Ассоциации онкологов СЗФО.

С информацией по дифференциальной диагностике и тактике при злокачественной патологии молочной железы в практике врача первичного звена выступил Воротников Владимир Владимирович, к.м.н., научный сотрудник отделения опухолей молочной железы НМИЦ онкологии им. Н.Н.Петрова.

Обсуждены результаты акции по раннему выявлению рака молочной железы. Отмечена эффективность проводимой работы в крае по современной диагностики этой локализации рака.

Фото ОМИТиТ КГБУЗ «ККЦО»

...
20

Декабря

В рамках общества проведен круглый стол по вопросам лечения рака почки.

С сообщением «Рак почки - эволюция или революция. Новые возможности лекарственного лечения рака почки» выступил Тимофеев Илья Валерьевич, директор Российского общества клинической онкологии RUSSCO, Директор Бюро по изучению рака почки, член научного совета Kidney Cancer Association, член рабочей группы IDEA Award ASCO, г.Москва.

Разбор клинического случая провела Новикова Ольга Юрьевна, к.м.н. заместитель главного врача по лекарственной терапии КГБУЗ "Краевой клинический центр онкологии" министерства здравоохранения Хабаровского края.

Итоги мероприятия подвел Зенюков Артем Сергеевич –к.м.н., заместитель главного врача по хирургии КГБУЗ "Краевой клинический центр онкологии" министерства здравоохранения Хабаровского края, главный внештатный специалист онколог министерства здравоохранения Хабаровского края, заведующий кафедрой онкологии и патоморфологических дисциплин КГБОУ ДПО «Институт повышения квалификации специалистов здравоохранения», г. Хабаровск.

Фото ОМИТиТ КГБУЗ «ККЦО»

...
28

Ноября

С приветственным словом выступил Зенюков Артем Сергеевич –к.м.н., заместитель главного врача по хирургии КГБУЗ "Краевой клинический центр онкологии", главный внештатный специалист онколог министерства здравоохранения Хабаровского края, заведующий кафедрой онкологии и патоморфологических дисциплин КГБОУ ДПО «Институт повышения квалификации специалистов здравоохранения»

С докладом «Колоректальный рак – новые тенденции в лечении» выступил Моисеенко Федор Владимирович – д.м.н., доцент кафедры онкологии ГБОУ ВПО «Северо-Западный государственный медицинский университет им. И.И. Мечникова» Минздрав России, заведующий химиотерапевтическим отделением. Дискуссия по теме доклада прошла в оживленной форме.

Заседание общества дистанционно (по видеоконференц-связи) продолжил Лищук Сергей Владимирович, заведующий патологоанатомическим отделением Федерального государственного бюджетного учреждения «Государственный научный центр Российской Федерации – Федеральный медицинский биофизический центр имени А.И. Бурназяна», ФМБА России, компания "ЮНИМ". Сообщение "Диагностика колоректального рака - взгляд патологоанатома" внимательно встречено слушателями.

Обсуждение сложных вопросов диагностики прошло в конструктивном формате.

Фото ОМИТиТ КГБУЗ «ККЦО»

...
20

Октября

Министр здравоохранения РФ Вероника Скворцова 7.09.2107г. провела встречу с Министром здравоохранения Японии. Страны договорились совместно реализовывать программы по достижению активного долголетия и борьбе с неинфекционными заболеваниями (https://www.rosminzdrav.ru/news/2017/09/07/6068-ministr-veronika-skvortsova-provela-vstrechu-s-ministrom-zdravoohraneniya-yaponii).

На региональном уровне продолжается взаимовыгодный научно-практический обмен с учреждениями Японии. 3 октября в Краевой клинический центр онкологии в рамках стажировки сотрудников иностранных организаций, и взаимных обменов в соответствии с Государственным планом подготовки управленческих кадров, состоялось посещение стажера Yoshiko Shimono, которая является главой бригады паллиативной помощи Национального госпиталя, г. Токио. Сопровождающие: сотрудники ФГБОУ ВО «Хабаровский государственный университет экономики и права», Японского Центра в Хабаровске.

Коллеги из страны восходящего солнца познакомились с задачами Краевого клинического центра онкологии и организацией работы в отделении паллиативной помощи. Yoshiko Shimono и заведующая отделением Булгакова И.Е. обменялись опытом организации медицинской помощи больным онкологического профиля на поздних стадиях заболевания, наметили пути дальнейшего сотрудничества.

Фото ОМИТиТ КГБУЗ «ККЦО»

...
6

Октября

19 сентября 2017 года на базе КГБУЗ «ККЦО» состоялась научно-практическая конференция «Современные технологии в диагностике и лечении онкогинекологической патологии». Организаторы конференции: Межрегиональная общественная организация «Общество специалистов онкологов по опухолям органов репродуктивной системы» (ОСОРС) и Хабаровское онкологическое общество.

На открытии конференции с приветственным словом выступил Зенюков Артем Сергеевич – заместитель главного врача по хирургии КГБУЗ "Краевой клинический центр онкологии" министерства здравоохранения Хабаровского края, главный внештатный специалист- онколог министерства здравоохранения Хабаровского края.

С докладами "Новые подходы к ранней диагностике рака яичников. Наследственный рак яичников" и "Герминогенные опухоли яичников. Диагностика и лечение" выступил Жорданиа Кирилл Иосифович – ведущий научный сотрудник НИИ клинической онкологии ФГБУ "Российский онкологический научный центр им. Н.Н. Блохина" Минздрава России, д.м.н., профессор (г. Москва)

Проблему эндометриоза и эндометриоидного рака яичников и особенности клинического течения редких форм миом матки подняла в своих выступлениях Паяниди Юлия Геннадьевна – старший научный сотрудник НИИ клинической онкологии ФГБУ "Российский онкологический научный центр им. Н.Н. Блохина" Минздрава России, д.м.н. (г. Москва)

Доклады "Лечение анемий в гинекологии. Эффективность и безопасность" и "Болевой синдром в онкологии" представил Абашин Сергей Юрьевич – главный научный сотрудник отдела клинической онкологии ФГБУ "Национальный научно-практический центр детской гематологии, онкологии и иммунологии им. Д. Рогачева" МЗ РФ, д.м.н., профессор (г. Москва)

Вопросы лучевой терапии в современных программах лечения гинекологического рака подняла в докладе Крейнина Юлия Михайловна – ведущий научный сотрудник лаборатории инновационных технологий радиотерапии и химио-лучевого лечения злокачественных новообразований ФГБУ "Российский научный центр рентгенорадиологии" Минздрава России, д.м.н. (г. Москва)

В дискуссии и обсуждении докладов приняли участия специалисты из учреждений края и Онкологического центра.

Фото отдела медицинских информационных технологий и телемедицины КГБУЗ «ККЦО»

...
22

сентября

В октябре начинается Всемирный месяц борьбы против рака груди, который был объявлен Всемирной организацией здравоохранения (ВОЗ) в 1993 году. Кроме того, ежегодно, в 44 странах мира проводится Всемирный день борьбы с раком молочной железы.

Рак молочной железы в структуре онкологических заболеваний женщин занимает 1-е место, причем заболеваемость постоянно растет. По статистике, заболеваемость населения России злокачественными новообразованиями молочной железы за последние 15 лет увеличилась более чем в 2 раза. Известно, что заболеваемость женщин, проживающих в крупных городах и индустриальных районах, выше, чем жительниц сельской местности.

По данным Российского онкологического научного центра им. Н. Н. Блохина, ежегодно в России выявляется около 50 тысяч случаев рака груди, что составляет примерно пятую часть от всех опухолей у женщин. Более 40% случаев рака груди диагностируется на поздних стадиях. Ежегодно от рака груди умирает более 20 000 россиянок. Болезнь стремительно молодеет: все чаще она обнаруживается у людей в возрасте до 40 лет. Каждая 8-я женщина на протяжении жизни рискует заболеть раком молочной железы. 90 % всех случаев рака молочной железы диагностируется у женщин после 40 лет. Максимальная заболеваемость отмечается в возрастном интервале 40-60 лет. В этот период происходят гормональные изменения, что обуславливает снижение защитных возможностей и устойчивости гормональной системы. Рак молочных желез встречается и у мужчин. Многие мужчины даже не подозревают о возможности развития у них такого заболевания. Именно поэтому они не сразу обращаются к врачам, что ведет к поздней диагностике, несвоевременному началу лечения и плохим терапевтическим результатам. Проблема онкологических заболеваний стала за последние годы особенно острой не только в России, но и во всем мире. Ежегодно более 10 млн человек заболевают раком молочной железы. По данным экспертов ВОЗ, к 2020 году эта цифра увеличится до 15 млн. От рака груди умирают более 6 млн женщин в год.

Наиболее вероятными факторами риска рака молочной железы являются:

.single_list { list-style: decimal inside; } .single_list li { line-height: inherit !important; }
  • Возраст. Следует быть особенно внимательной к себе в возрасте после 30 лет. Это, прежде всего, ежемесячные самообследования, УЗИ молочных желез желательно раз в год. Нужно обращать внимание на фоновые заболевания (мастопатию, кисты в молочной железе), вовремя обращаться к врачу и правильно лечить, соблюдая все рекомендации. Помните, что у женщин старшего возраста риск заболеть выше, но это не повод не думать об этом в молодом возрасте. После 40 лет маммография раз в год, особенно это касается женщин, в семье которых у матери, бабушки был рак груди.
  • Наследственный фактор. Помня об имеющейся предрасположенности, нужно быть более внимательным к своему здоровью.
  • Гормоны. Бесконтрольный прием гормоносодержащих препаратов может привести к нежелательным последствиям. Следует строго соблюдать назначения врача, не заниматься самолечением.
  • Позднее наступление климакса после 55 лет.
  • Поздние первые роды. Это группа женщин, у которых первый ребенок родился после 30 лет.
  • Отказ от грудного вскармливания.
  • Травмы груди. Любая травма груди требует внимательного наблюдения.
  • Искусственное прерывание беременности.
  • Ожирение. Особенно увеличивается риск, когда ожирение развивается у женщин после наступления климакса. Хотя надо заметить, что ожирение опасно на протяжении всей жизни и в любом возрасте, так как является фактором риска для развития различных заболеваний.
  • Характер питания. Фаст-фуды, перекусы, несбалансированное питание также является фоном для развития рака молочной железы.
  • Радиоактивное излучение в зрелом детородном возрасте. Как правило, это связанно с работой, если вы не можете поменять ее, то следует принимать все меры предосторожности, которые можно использовать на производстве.
  • Кистозно-фиброзная мастопатия. Обязательно лечить данное состояние и наблюдаться у маммолога, следуя всем его рекомендациям, так как данное доброкачественное заболевание молочной железы повышает риск развития рака молочной железы.
  • Увеличение щитовидной железы (при снижении ее функции).
  • Перенесенный послеродовый мастит, особенно леченный консервативно. Следует отметить, что сочетание нескольких факторов повышает риск заболевания раком молочной железы.
  • Специфической профилактики на сегодняшний день не существует, но есть меры, которые помогут снизить риск развития рака молочной железы, особенно если вы находитесь в группе риска:

    • Грудное вскармливание. Доказано положительное влияние грудного вскармливания на организм женщины. Поэтому если объективных причин нет, старайтесь сохранить грудное вскармливание как можно дольше. • Правильное сбалансированное питание. Наши пищевые привычки формируются с детства, поэтому перестраивайтесь и приучайте своих детей питаться правильно. • Физическая активность, помогающая поддерживать организм в хорошей физической форме. Вы можете подобрать себе упражнения по возрасту и выполнять их регулярно. Появляются новые доказательства того, что регулярные занятия физической культурой в течение всей жизни играют защитную роль и препятствуют возникновению рака молочной железы. Занятия физкультурой приносят пользу также и в тех случаях, когда женщины начинают заниматься спортом после наступления менопаузы. Ежедневная умеренная физическая нагрузка в течение 30-60 минут поможет сохранить грудь здоровой. • Отказ от курения и чрезмерного употребления алкоголя. • Исключение воздействия прямых солнечных лучей. Необходимо помнить об этом, выходя на пляж или находясь в солярии. • Ежемесячное самообследование должно стать привычкой. Если вы найдете в груди что-то новое (уплотнение, узел, непонятные пятна на коже, выделения из соска, кожу в виде «лимонной корки») немедленно обращайтесь к маммологу. Помните, ранняя диагностика — это почти 100% успеха лечения. • Ежегодное профилактическое обследование у семейного врача и гинеколога. Как правило, в своей ранней фазе заболевание протекает бессимптомно. Если женщина не проходит регулярно маммологических и маммографических обследований, то чаще всего она не замечает начала болезни и обнаруживает ее на поздней стадии.

    Своевременная диагностика рака груди спасает жизни. Если диагноз ставят на 1-й стадии, выздоравливает 98% женщин. Выявить заболевание на более ранней стадии позволяют регулярные посещения маммолога. Женщины после 40 лет должны раз в 2 года проходить рентгеновское маммографическое обследование. После 50 лет — ежегодно. Врачи не перестают повторять: любая женщина даже при отсутствии жалоб на здоровье должна показываться специалисту хотя бы раз в год.

    Источник: https://www.evrika.ru/medical-calendar/15.10/538

    ...
    22

    сентября

    Страницы

    • 1
    • 2
    • 3

    Публикации

    9

    Апреля

    Программа посвящена лечению рака. Ее участниками стали доктора и пациенты Национального медицинского исследовательского центра радиологии, в состав которого входят крупнейшие онкологические центры.

    Программа посвящена лечению рака. Ее участниками стали доктора и пациенты Национального медицинского исследовательского центра радиологии, в состав которого входят крупнейшие онкологические центры.

    Опухоль мозга и других органов. Вправе ли пациент самостоятельно выбирать, как ему лечиться - с помощью лучевой терапии или хирургической операции? Какие формы рака можно вылечить с помощью киберножа?

    Лекарства для борьбы с раком. Уникальная технология подбора терапии с использованием прибора "Гомункулус". Рак простаты. Какие возможны методы лечения?

    Гипертермия. Технология, позволяющая лечить неоперабельные формы рака с множественными метастазами. Протонная терапия. Что это за методика, какие опухоли можно вылечить с ее помощью? Опухоли головы и шеи. Новейшие методы лечения.

    HIFU-терапия. Методика, которая помогает удалить раковую опухоль без скальпеля и разрезов, с помощью ультразвука.

    Опухоли женской половой системы. Самые новые методы лечения рака матки и яичников.

    Подробно: https://www.1tv.ru/shows/zdorove/vypuski/zdorove-vypusk-ot-08-04-2018

    ...
    4

    Апреля

    Фото: i.ytimg.com

    Хирург-онколог Алексей Карачун – об обстановке на переднем крае битвы со злокачественными новообразованиями желудка

    До того как возглавить отделение опухолей желудочно‑кишечного тракта в НМИЦ онкологии им. Н.Н. Петрова, выпускник Военно‑медицинской академии им. С.М. Кирова Алексей Карачун отслужил несколько лет военврачом на дальневосточных рубежах Родины, затем вернулся в Питер, практиковал в торакоабдоминальном отделении Ленинградского областного онкодиспансера, занимался наукой, преподавал в своей альма‑матер. Полковник медицинской службы запаса, профессор СЗГМУ им. И.И. Мечникова с армейской прямотой рассказал Vademecum о своем видении тактики и стратегии борьбы против рака желудка.

    «РАННИЙ РАК ЖЕЛУДКА – СЛУЧАЙНАЯ НАХОДКА»

    – Насколько корректно утверждение о том, что в лечении злокачественных новообразований желудка онкологи пока не сильно преуспели?

    – Смотря кого слушать. Меня, как хирурга, популяционные показатели – заболеваемости, смертности и так далее – волнуют мало, я в них ничего не понимаю и повлиять на них не могу. Хирург имеет дело с реальными пациентами и, образно говоря, находится на линии фронта, берет в прицел врага в виде вполне конкретной опухоли, появившейся в его поле зрения. Все, что происходит в тылу врага, подвозят тому снаряды или нет (когда, как и почему она развилась, какие факторы могли повлиять на ее развитие, можно ли было теоретически предотвратить ее развитие) – это дела разведки, космических войск, кого угодно еще. Я занимаюсь лечением совершенно конкретных пациентов. У меня нет машины времени, чтобы отлететь на несколько лет назад и изменить ситуацию, поэтому не могу говорить о скрининге профессионально – этим занимаются люди, изучающие эпидемиологическую ситуацию, научно разрабатывающие программы скрининга тех или иных опухолей и оценивающие эффективность этих программ. Я готов отвечать за то, на каком уровне конкретному обратившемуся за помощью пациенту мы можем провести диагностику, распланировать лечение и какое наблюдение рекомендовать.

    – А на каком этапе обычно к вам попадают пациенты?

    – На самых разных. Все же ранний рак желудка – это, как правило, случайная находка: пациент обратился за медпомощью по поводу каких‑то других болезней, его начали обследовать и выявили раннюю опухоль. Второй вариант – очень мнительные люди, чуть что бегущие к врачу, ну и третий, на мой взгляд, более правильный – те, кто раз в год или в два делают исследования, которые им когда‑то рекомендовали врачи, – по сути, вариант скрининга. Это относительно немногочисленная категория – в общей сложности около 15% – пациентов, у которых рак ранний и лечение которых очень благодатное дело. Не надо удалять орган или его часть, достаточно эндоскопом иссечь слизистую оболочку желудка и получить очень хороший результат. И тут в 98‑99% случаев можно говорить о полном излечении от рака желудка. Остальные, к сожалению, приходят на более поздних стадиях, когда ситуация другая, пятилетняя выживаемость существенно ниже и методы лечения более варварские. Требуется хирургическое вмешательство, которое можно выполнять традиционным путем, лапароскопически, при помощи хирургического робота. Но как бы то ни было, человек теряет часть желудка или лишается его вовсе. И есть еще пациенты так называемой серой зоны (калька с английского grey zone): это больные, которым технически можно выполнить локальное иссечение опухоли, сохранив качество жизни на прежнем уровне, но нет уверенности, что это приведет к излечению – не только потому, что опухоль глубоко проросла в стенку желудка и мы не можем удалить ее полностью, или распространилась по большой площади поверхности, но и потому, что могут быть метастазы, находящиеся вне возможности такого щадящего удаления. Одна из программ, которую мы разрабатываем (в чистом виде научная – ее нет в стандартах, но ее изучают во всем мире), – это концепция сигнального лимфатического узла. Например, при меланоме кожи и раке молочной железы она уже работает и в некоторых странах внедрена в стандарты. Но при раке желудка мы ее только изучаем, для этого требуются специальное оборудование и специальный краситель, срок регистрации которого, к слову, истек в декабре 2017 года, но мы его закупили много и, пока ждем регистрации, используем запас. Суть в том, что под основание опухоли вводится специальный лимфотропный краситель, который распространяется по лимфатическим протокам и узлам, и мы, применяя инфракрасный спектр света или лазерное воздействие, можем увидеть глазом, в какие лимфоузлы идет отток лимфы от опухоли, и можем удалить их (один, два или целую группу), а затем – внимательно исследовать под микроскопом для выявления возможного поражения их опухолевыми клетками. Таким образом, на сегодняшний день мы прооперировали больше 60 больных, и среди них были три пациента, которых, если бы мы сделали только эндоскопическую резекцию слизистой оболочки желудка, мы бы посчитали вылеченными. Ни эндоУЗИ, ни КТ не показывали нам, что есть метастазы в регионарных лимфоузлах. Применение этой методики позволило нам установить правильную стадию болезни и соответственно скорректировать лечение.

    – Так насколько эффективно в мире и в России лечится рак желудка?

    – Сейчас модно критиковать Россию и говорить, что с ней все не так, и часто с этим сложно спорить. Один из моих учителей – британский профессор Амжад Парваиз – говорил так: два хирурга между собой могут согласиться только в одном: насколько плох третий. Мы живем в эпоху доказательной медицины, при правильно спланированных многоцентровых рандомизированных исследованиях получаются выводы, их обсуждает профсообщество, затем они фиксируются в медицинских стандартах. Только это все как‑то не по‑русски. В России нет стандартов, которые были бы основаны на результатах собственных российских рандомизированных исследований, нет и быть не может, потому что нет таких исследований. Мы вот первые организовали и сейчас проводим первое многоцентровое рандомизированное исследование по колоректальному раку – COLD. Оно зарегистрировано на clinicaltrials.gov, в нем участвуют шесть крупных российских медицинских центров, на съезде Европейской ассоциации колопроктологов (EACP) в Берлине мы получили награду за лучшее исследование 2017 года. На всех этапах этого исследования – от разработки дизайна до организации мониторинговых визитов в участвующие в исследовании клиники – мы сталкиваемся с организационными и финансовыми проблемами, а подчас и с неспособностью клиники в целом соответствовать уровню заявленного исследования. Будем надеяться, что мы его завершим и тем самым сделаем очень важный концептуальный шаг для российской онкохирургии. Так вот, в стандартах, выработанных профсообществом на основе доказательной медицины, прописано, что, где и при какой стадии надо делать. Но профсообщество может дать какой угодно совет, а дальше встает вопрос: за чей счет банкет? Кто будет эти стандарты соблюдать и обеспечивать финансово? Те стандарты, что имеются у нас сейчас, – это перевод на русский язык компилированных рекомендаций американских, европейских или британских обществ онкологов (NCCN, ESMO и других). В них сказано: если глубина проникновения рака желудка больше, чем в подслизистый слой органа, или при подозрении метастазов в регионарных лимфоузлах, мы должны начинать лечение с предоперационной химиотерапии. А после операции – еще курсы химиотерапии. Если мы рекомендуем пациенту проходить химию по месту жительства, организаторы здравоохранения смотрят, есть такой стандарт или нет и есть ли под ним какое‑либо финансовое обеспечение. Но предлагаемая пациенту химиотерапия может быть зафиксирована лишь в клинических рекомендациях, а они необязательны для исполнения. И это задача уже организаторов здравоохранения – каким образом складывать выделяемые государством средства, чтобы купить на них и лекарственные препараты, и электроэнергию, и платить зарплату.

    «БОЛЬНОЙ НЕ МОЖЕТ ОЦЕНИТЬ, ЧТО Я СДЕЛАЛ ВНУТРИ»

    – Оставим в стороне химиотерапию. В хирургии есть однозначное понимание, что делать с опухолями желудка?

    – Я бы хотел ответить «да», но это будет не совсем правдой. Другой вопрос, что и за границей мало качественной хирургии. Эталонного хирурга не существует, но за рубежом есть определенные стандарты. И конкретно наша проблема состоит в том, что в России не существует отработанной системы подготовки хирургов. Если молодой хирург оказался там, где есть возможность научиться, – он научится. Хотя мотивация учить есть не у всех. Вроде бы ситуация улучшается, создаются тренинговые центры – в Москве и у нас, в НМИЦ онкологии им Н.Н. Петрова. Но это не полноценные программы с нуля и до приемлемого уровня. Мы берем уже опытных хирургов и показываем им детали. Мы являемся экспертным центром в стране, а в ближайшее время, надеюсь, и во всей Восточной Европе. В этом полугодии у нас шесть‑семь курсов, где мы рассказываем приезжающим к нам специалистам о результатах последних научных исследований, спорных моментах, как технически проводить лапароскопические и открытые вмешательства, в чем преимущества каждого метода. Сейчас пошла мода: если хирург делает операцию лапароскопически, значит он крут. Но это же неправда. Мы стараемся донести до широкого круга специалистов нашу позицию, и она заключается в следующем: в задачи хирурга входит обеспечение двух вещей – безопасности пациента и правильного объема операции. Если этих целей можно достигнуть с нанесением минимальной травмы, выполняя лапароскопическое вмешательство, чтобы обеспечить человеку меньше болевых ощущений, раннюю активизацию, лучший косметический эффект, значит, это надо делать. А если две эти задачи в ходе планирования операции или при ее выполнении обеспечить не получается, то стараться во чтобы то ни стало оперировать лапароскопически – это уже подмена понятий. Все ради того, чтобы сказать: а у меня больше, а я круче. Все как всегда. А здесь очень важно быть честным. Нельзя быть чуть‑чуть беременной, так же и с честностью.

    – Какова доля лапароскопических вмешательств при раке желудка?

    – С двух сторон нужно смотреть. Если мы вернемся к доказательной медицине и посмотрим последние стандарты в любой развитой стране, то увидим: диагностическая лапароскопия за редким исключением везде в стандарты включена. Ситуация, когда хирург разрезал, посмотрел и зашил, сказав, что ничего нельзя сделать, в ХХI веке не должна реализовываться. Это прошлый век, так быть не должно. «Хирург рискнул» – это красивая фраза, но надо понимать, что хирург рискует не собой. Легко рисковать чужим здоровьем и чужой жизнью. Диагностическая лапароскопия при раке желудка является последним этапом стадирования опухоли и позволяет разработать правильную стратегию лечения. В России лапароскопическая диагностика не везде применяется. Это проблема, связанная как с материально‑техническим обеспечением, так и с традициями. Не так трудно внедрить новое, как изменить стереотип. Вторая часть – лапароскопические вмешательства, направленные на излечение больного. Если мы посмотрим на пионеров методики – Японию и Корею, то и там в стандарты внедрено лапароскопическое удаление опухоли только на ее ранних стадиях и только в случае частичного удаления желудка. Все остальное – в клинических исследованиях, после одобрения этическим комитетом и обоснования категории подлежащей такому лечению больных. Местнораспространенный рак нигде не фигурирует. Но у нас есть хирурги, делающие всем только лапароскопические операции. В мире нет пока доказательств, что это безопасно для больных и не уступает открытой хирургии. Хочешь так делать? Разработай протокол, подай его в этический комитет, предоставь больному информацию, что это неисследованный режим и мы ожидаем результатов в виде улучшения того‑то и того‑то, полноценную информацию – пусть больной подумает и примет решение. Но ему не предлагают альтернативу. И я, как член правления Общества эндоскопических хирургов, всем говорю: есть стратегия, тактика – и не надо их подменять технологией. Хотя вполне возможно, что придут исследования, которые докажут эффективность и преимущества лапароскопических резекций желудка и гастроэктомий, но пока я не понимаю, как можно использовать их рутинно, не предупреждая больных о недостаточных доказательствах.

    – Лапароскопия популярнее, но ведь и дороже?

    – Смотря что и как считать. Если по стоимости использованных инструментов и материалов, вполне возможно, дороже. Но если вы посчитаете комплексно – сколько дней больной находится в стационаре, сколько койко‑дней выиграно лапароскопией, насколько раньше пациент вернулся к труду, насколько меньше процент осложнений, лечение которых всегда очень дорого, то окажется, вероятно, что и дешевле. Но нужны сравнительные данные. В США койко‑день стоит безумных денег, и там, если ты сократил пребывание пациента в палате на день, ты уже выиграл в деньгах, но какова в России стоимость койко‑дня и эффективности? Слава богу, в нашем центре нет проблем с оборудованием и инструментами. Надо спросить нашего директора, как он умудряется это делать. Вот при раке ободочной кишки использовать в наше время открытую хирургию, на мой взгляд, просто кощунственно, поскольку преимущества лапароскопической хирургии очевидны, а онкологические результаты идентичны по сравнению с традиционной открытой хирургией. Почему, например, молодой женщине не сохранить красивый живот после операции? Кроме того, если мы зашли лапароскопом в брюшную полость и увидели, что не сможем безопасно и адекватно провести такую операцию, то у нас есть возможность продолжить открыто. Но если мы сделали большой разрез и увидели, что все можно было сделать малоинвазивно, уже глупо закрывать, преимущества малоинвазивной операции реализованы уже не будут. При раке желудка нам нужны доказательства, что результаты лапароскопических операций с точки зрения безопасности лучше или как минимум идентичны таковым при открытой хирургии, общие преимущества лапароскопии понятны. Больной не может оценить, что я сделал внутри. Он меня оценивает по трем вещам: нахамил я ему или нет, было ему больно или нет, красивый шов или нет. В США врачи работают под прессом судебных издержек – люди везде одинаковы. Этот процесс набирает обороты и у нас в стране. Вопрос качества хирургии очень серьезный. Чтобы не было смертей, я просто должен перестать оперировать, брать легкие случаи или халтурить с объемом, занижая его. Поэтому очень часто «диванные» эксперты боятся показать свою работу.

    «МЫ ОПЕРИРУЕМ, НО ОБЪЕКТИВНОГО РЕЗУЛЬТАТА НЕ ВИДИМ»

    – Где в России, на ваш взгляд, хорошо оперируют рак желудка?

    – Патология эта очень частая, оперируют много и хорошо во многих местах. Я часто езжу по стране с лекциями и показательными операциями и вижу это. Мне очень нравится наш институт, конечно, и московская 62‑я больница. Вопрос, где подходят к лечению комплексно. Для рака желудка и других солидных опухолей хирургия была, есть и еще долгое время будет основным методом лечения. Но, к сожалению, не единственным. Если мы вырвем хирургию из общей концепции – не будем понимать стадию опухоли, вероятность прогрессирования и так далее, результаты лечения будут хуже на круг. Не в два раза, конечно, но существенно. Вторая проблема – у нас нет регистров. Мы не можем сравнивать результаты друг друга, потому что все имеющиеся электронные истории болезни – это полуфабрикат. Мы пытаемся их создавать, это долгий путь, но мы придем к тому, что есть в Европе, когда ты можешь посмотреть данные в другой клинике и в той, где ты сам работаешь, и выяснить, лучше или хуже твои показатели.

    – Вы собираетесь создать такой регистр?

    – Я бы не ввязывался в этот проект, если бы имеющиеся электронные истории болезни позволяли мне отслеживать судьбу пациентов. Но дожидаться, пока регистры как‑нибудь сами появятся, тоже не могу. Мы сделаем свой регистр – за счет энтузиазма и привлечения спонсорских средств, я найду человека, который будет заниматься только регистром и follow up, следить за системой оповещения больных. Пошлет нас респондент к черту, о’кей, мы отметим, что пациент не захотел отвечать на вопросы. Сейчас мы оперируем, спорим, но объективного результата не видим.

    – Этот регистр вы будете делать только по НМИЦ или шире – по Петербургу, Ленобласти, на весь Северо‑Запад?

    – Я бы очень хотел, чтобы он работал по всей стране, но прекрасно понимаю, что это невозможно. Хотя бы из‑за того, что начнется «у меня лучше», «а я не буду пользоваться», «а почему он главный». Пусть все создают регистры, пусть их будет несколько. У нас в отделении он будет, предложу сообществу – я много езжу, выступаю, буду его показывать, открывать. Вам какая цифра нужна – узнать, сколько у меня было осложнений? Пожалуйста! Сколько больных я пронаблюдал? Вот. Начнем работу в нашем центре. В XXI веке уже не нужно ничего изобретать, все сделано за нас. У меня в Ставрополе есть друг – Бекхан Хациев [заведующий хирургическим отделением Клиники эндоскопической и малоинвазивной хирургии СтГМУ. – VM], который занимается хирургией ожирения и создал бариатрический регистр. И ввел его через Общество бариатрических хирургов, а дальше все просто: на конференцию хочешь поехать при поддержке какой‑то компании – никаких проблем, ах, ты в регистре не участвуешь, так ты – несерьезный врач, куда тебя везти? Ты говоришь, у тебя лучше – покажи свои цифры. Мы все на словах орлы.

    – А создавать регистр за чей счет будете?

    – Пока за свой. Я встречался с представителями нескольких компаний – на титульной странице регистра может стоять надпись, что он создан при их поддержке, и мы будем всячески это подчеркивать, создавать репутационные преференции нашим потенциальным спонсорам. Пока только одна компания поддержала наше начинание, и пока только на словах. Мы бы хотели иметь легальный контракт на создание и сопровождение программы. Нам, онкологам, очень нужны и регистр, и клинические исследования, но последние – это баснословные деньги, порядка $3 млн. Такие деньги никто не выделит. Их могут осилить только крупные фармпроизводители, которые потом включат свои траты в цену препарата. Наше исследование коммерческой составляющей не имеет. Для получения статистически достоверных результатов в исследование COLD мы должны включить 786 пациентов, каждые три месяца после операции каждому пациенту мы должны выполнить контрольные КТ, МРТ, наблюдение. Наш Минздрав такие исследования не поддерживает. Мы нашли спонсора, который готов частично компенсировать издержки, но пока опять‑таки все находится на уровне устных договоренностей, поскольку механизма перечисления средств и отчетности нет. А регистр – гораздо дешевле, это поддержание работы программы, зарплата двух программистов. Когда КИ проводят фармкомпании, все понятно – есть таблетка, есть человек. Рассчитали массу тела, дали таблетки. А в хирургии трудно стандартизировать – как сделали операцию, какими инструментами, кто сделал. Вы взяли два центра и сравниваете круглое и зеленое. Хирургические исследования сложно организовать – нужно привлекать много центров, чтобы размыть эту разницу. А раз большое число людей, значит, хорошо оперирующих – небольшое.

    «ШЛА ВОЙНА – НЕ НА ЖИЗНЬ, А НА СМЕРТЬ»

    – Какие данные необходимо заносить в регистр?

    – Зависит от того, какие задачи преследует регистр, по сути, это сбор объективной информации, достаточной для того, чтобы мы могли провести анализ. Если мы правильно продумаем создание регистра, то и программисту поставим правильную задачу – он оперирует ноликами и единичками, ему совершенно все равно, он считает. Поставить задачу – наш интеллектуальный труд, программисты исполнят наши желания. Наша цель – получить информацию, которая будет интересна клиницистам. Не экономистам, не эпидемиологам, не еще кому бы то ни было. Нельзя сделать универсальный регистр, мы должны «заточить» его под клинические нужды – чтобы мы понимали, что используем такую‑то методику, какова «цена» этой методики, каково число послеоперационных осложнений и летальность, какова продолжительность жизни после той или иной операции. Мы уже полгода думаем, составляем варианты. Сначала сделаем пилот, столкнемся с проблемами, поймем, где что не работает, и будем исправлять. Мы нацелены на долгую работу, поэтому нам нужно сопровождение программистов.

    – А у европейцев как действуют регистры?

    – У них, как правило, эти базы собираются под конкретную проблему. Например, по концепции watch and wait (концепция лечения рака прямой кишки без операции) создан отдельный регистр, в который подают данные все центры, участвующие в исследовании, чтобы максимально быстро набрать статистически значимое количество для обсчета. Существуют канцер‑регистры, занимающиеся популяционными вопросами. А так – есть запрос на получение информации, под него формируется регистр. Мы напишем то, что верно на наш взгляд, если удастся убедить медицинскую общественность, тогда они к нему подключатся. Нет – будем совершенствовать или кто‑то предложит другой продукт, тогда мы не будем изобретать велосипед и подключимся к ним. Чего я не хотел бы делать, так это выступать под эгидой какого бы то ни было главного специалиста, министерства, это сразу становится неповоротливым и трудноуправляемым. Но если ты хозяин, то несешь бремя ответственности и реагировать на меняющиеся потребности можешь оперативно.

    – Кроме создания регистра вы участвуете в большом количестве образовательных проектов и мастер‑классов. Это приносит результат?

    – Приведу вам пример: меня пригласили в один из городов страны на операцию. Я должен был лететь в этот условный город N из города S, где был в другой командировке. Но дорога возможна только через Москву. Я прилетел в Москву в восемь вечера, дождался пересадки и ночью должен был вылетать в город N, где в девять утра начиналась показательная операция. Я сажусь в самолет, разгон, а потом резкое торможение, мы возвращаемся в аэропорт, где говорят, что борт будет в семь утра. Я звоню главврачу, объясняю ситуацию, мы ищем другие рейсы на сегодня, а их нет. В итоге я беру такси и еду 700 км, машину носит, она с летней резиной, поспать невозможно. Я добрался туда в полшестого утра, пока заселился в гостиницу, было полседьмого, попросил заведующего задержать операцию на час, чтобы вздремнуть хоть немного. И вот прихожу в операционную, а там стоят три зевающих хирурга, которых туда загнал главный врач, решивший, что он одним приказом сможет изменить процесс. У меня вопрос: зачем это? Если тебя ждут с нетерпением, ты видишь интерес, ты готов это сделать. Но ты проделываешь весь этот путь и видишь, что никому ничего не надо, просто главврач решил что‑то внедрить и попросил у компании «звезду». К чему я это рассказываю? Мало, чтобы позвали, нужно, чтобы звали те, кто действительно хочет научиться. Дурак с инструментом все равно дурак, какое бы ни было у него оборудование, оно будет железом. Da Vinci, суперсовременная 3D‑стойка, обычный скальпель – без умения этим работать все бесполезно. Томографы стоят в каждой поликлинике, но если человек неправильно интерпретирует данные, это деньги на ветер.

    – Свою работу в НМИЦ онкологии им. Н.Н. Петрова вы с таким же настроением начинали?

    – Это очень сложно было, шла война – не на жизнь, а на смерть. Заведующий одним из наших диагностических подразделений, где поначалу мы постоянно встречались с ошибочными и неточными заключениями, просто сворачивал в любой ближайший кабинет, если видел, что я иду по коридору. А я – за ним: «Подожди‑подожди, куда ты? Вот тут опять расхождения!» Потом пришли молодые ребята, мы смогли их заинтересовать и, наконец, связать весь процесс воедино. В случае расхождения каких‑то их данных с операционными они приходили в операционную – смотрели, как органы выглядят вживую, что нам от них нужно. Писали заключения, потом мы отдавали это морфологам, смотрели под микроскопом, если находили расхождения – опять связывались с рентгенологами, те смотрели, как выглядит препарат. Потом в свободное от работы время мы эти препараты опять прогоняли через КТ и МРТ, чтобы все видели, как это выглядит. Когда делают томографию и я читаю заключение специалиста, то я принимаю решение на основании этого текста – если текст написан ошибочно, то я, как хирург, приму ошибочное решение. Они сделали КТ, написали много букв, все. Они не стоят на трибуне, если больной умер, но от их заключения очень многое зависит. Потом к нам в центр пришел Олег Ткаченко [заведующий отделением эндоскопии НМИЦ онкологии им. Н.Н. Петрова. – Vademecum] и привел с собой молодую команду, и мы стали получать другие результаты, которыми я полностью удовлетворен. Олег работал всего пару недель, когда мне от него что‑то впервые понадобилось. Отправился к нему уже вечером, после работы – кабинет закрыт, но свет горит. Постучал – не открывают, ну, думаю, ладно. Пошел обратно, навстречу – девочка‑эндоскопист, я спрашиваю: «Где Олег?» Она отвечает: «У себя в кабинете». Я вернулся, постучал в дверь настойчивее, наконец он, недовольный, открывает. Вижу, у него на столе лежит курица – из холодильника магазинного, и в нее воткнут эндоскоп. Я спрашиваю: ты что делаешь? А он говорит: понимаешь, нет какого‑то дорогостоящего оборудования, я пытаюсь шить обычным эндоскопом. Говорю: подожди, не уходи. Вышел и позвонил директору: «Алексей Михайлович, могли бы вы подойти в отделение?» Заходим тихонько в кабинет к Ткаченко уже вместе с директором – Олег все это время сидит, в курице ковыряется. Говорю: «У вас еще какие‑то вопросы остались, брать его на работу или нет?» Вот Олег – как раз из тех, кто фанатично увлечен своим делом, очень грамотный. И года через два после того, как собралась такая команда, стали появляться первые результаты. Точкой отсчета, наверное, можно назвать 2014 год, но закончить эту историю нельзя, нужно постоянно идти. Источник: https://vademec.ru/article/beru_v_pritsel_vraga_v_vide_konkretnoy_opukholi/

    ...
    4

    Апреля

    «В случае создания клиники протонной терапии Хабаровск может стать дальневосточным центром высокотехнологичной медицины – у нас будет представлен полный спектр радиологического лечения онкологических заболеваний».

    Этапы инновационного развития.pdf

    ...
    23

    Марта

    15 марта 2018 года в здании президиума Российской академии наук состоялась научная конференция на тему «Роль медицинской науки в формировании национальной стратегии по борьбе с онкологическими заболеваниями». Мероприятие прошло при участии министра здравоохранения РФ В.И. Скворцовой, президента РАН А.М. Сергеева, а также ведущих ученых в области онкологии. С докладами выступили: академик РАН, генеральный директор НМИЦ радиологии Минздрава России А.Д. Каприн, член-корреспондент РАН, исполняющий обязанности директора НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина И.С. Стилиди, академик РАН, генеральный директор НМИЦ ДГОИ им. Дмитрия Рогачева А.Г. Румянцев, академик РАН, директор Томского НИМЦ Е.Л. Чойнзонов, и член-корреспондент РАН, руководитель отдела биологии опухолевого роста и лаборатории молекулярной онкологии НИИ онкологии им. Н.Н. Петрова Минздрава России Е.Н. Имянитов.

    Ключевой темой встречи стало обсуждение Послания Президента РФ Федеральному собранию о необходимости принятия в стране общенациональной программы по борьбе с онкологическими заболеваниями. Выступая с приветственным словом к участниками встречи, министр здравоохранения В.И. Скворцова отметила важность разработки такой программы в ближайшее время. По ее словам, ключевыми целями, которые необходимо достигнуть, должны стать увеличение показателей ранней выявляемости онкологических заболеваний и 5-летней выживаемости пациентов после лечения до 70%. Она заключила, что несмотря на высокие результаты, которых удалось добиться онкологической службе за прошедший 5-летний период, в реализации онкологической помощи в нашей стране пока остаются нерешенными многие вопросы. Также В.И. Скворцова заявила, что в 2018 году бюджет, выделяемый на лекарства для онкологических пациентов, увеличился на 80%. «И далее мы гарантированно обеспечиваем финансовое обеспечение всех международных протоколов лечения», - сообщила министр.

    Генеральный директор ФГБУ «НМИЦ радиологии» Минздрава России А.Д. Каприн в своем выступлении отметил, что ключевым приоритетом, который необходимо реализовать в рамках общенациональной программы по борьбе с онкологическими заболеваниями должен стать принцип регион-специфического подхода к алгоритмам ранней диагностики, лечебным программам и профилактике онкологических заболеваний. По его словам, такой научно обоснованный метод позволит не только повысить качество медицинской помощи, но и обеспечит наиболее рациональное использование материальных ресурсов.

    Говоря о путях развития НМИЦ радиологии, А.Д. Каприн остановился на проекте «Открытая онкология», который обеспечивает доступность качественной медицинской помощи для всех, кто в ней нуждается. Он предусматривает ряд мер и мероприятий, направленных на оказание научной, клинической и практической помощи как пациентам, так и профессиональному сообществу. К мерам, которые будут реализованы в рамках проекта «Открытая онкология», относится создание новых программ обучения специалистов через возможности телемедицинских технологий, объединение усилий в создании полноценного канцер-регистр как базовой платформы национальной системы персонифицированной медицины, создание особой социальной инфраструктуры для врачей и др. По мнению академика Каприна проект «Открытая онкология» должен объединить всех тех, кому эта проблема небезразлична. «Нашему здравоохранению необходимо поднять завесу тайны, формирующую страхи и неправильные решения», - заявил академик.

    А.Д. Каприн также отметил, что научно обоснованные методы персонифицированного лечения - это одни из ключевых инструментов медицины, которые сегодня уже применяются в НМИЦ радиологии. Кроме этого, А.Д. Каприн рассказал, что в Центре были разработаны новые методы математических алгоритмов применения опухолево-ассоциированных маркеров для выявления ранних открытых форм рака, широко используется метод фото-динамической диагностики и таргетной фото-динамической терапии, лазерная эндоскопия, которая может сыграть огромную роль в лечении ранних форм рака желудка. В заключение своего выступления А.Д. Каприн подчеркнул важность создания национальной системы персонифицированной медицины на территории всей страны. По его словам, такой подход повышает эффективность точечной диагностики и персонификации лечения в онкологии, может обеспечить эффективный мониторинг всех клинических процессов профильных учреждений, благодаря созданию единой системы отчетов, а также поможет созданию системы маршрутизации пациентов.

    Подробнее: http://nmicr.ru/news/tsentra/otkrytaya-onkologiya-novoe-napravlenie-v-strategii-borby-so-zlokachestvennymi-novoobrazovaniyami/

    ...
    13

    Марта

    За массивной дверью - техническое сердце всего центра Позитронно-эмиссионной томографии - циклотрон. Здесь нарабатывается три фарм препарата. Они необходимы для диагностики рака на самых ранних стадиях. Один из них поставляют и во Владивосток.

    Валентина Стрелкова - заведующая КГБУЗ ККЦО "Центром ПЭТ"

    - Мощностей нашего ПЭТ-центр достаточно для того, чтобы обеспечить всем необходимым весь Дальневосточный федеральный округ и Китай

    С применением собственных препаратов на ПЭТ-КТ сканере проверяют до сорока человек в день. За 5 лет работы прошли исследование около 40 тысяч пациентов. Методика позволяет выявить даже малейшие изменения в организме. И назначить точное лечение.

    Ирина Енисейская - зам. главного врача по радиотерапии КГБУЗ "Краевой клинический центр онкологии", главный внештатный радиолог ДФО

    - Если, например, еще 10 лет назад, у нас погрешность лучевой терапии составляла 1-2 сантиметра, то сейчас эта погрешность составляет десятые и даже сотые доли миллиметра

    Кроме того в 7 операционных ежедневно проходит до 20 сложнейших процедур.

    Татьяна Шевчук

    - Это полностью интегрированная операционная. Управление оборудованием ведет непосредственно хирург, что значительно упрощает работу всех бригады. А главное повышает безопасность пациента.

    И позволяет проводить малоинвазивные операции.

    Комсомольск-на-Амуре

    Подобное оборудование и на вооружении медиков онкологического диспансера Комсомольска-на-Амуре.

    Кирилл Норкин - онколог онкологического диспансера г. Комсомольска-на-Амуре

    - Пациент в этот же день принимает пищу, он двигается, активный. Это минимальный срок пребывания пациента на койке и, соответственно, исключение многих видов осложнений.

    Первичный прием, обследование и постановка диагноза - теперь задача профильных врачей в поликлиниках. Ставка онколога сейчас - в каждом районе.

    Антон Хайми, заведующий поликлиническим отделением онкологического диспансера г. Комсомольска-на-Амуре

    - К нам пациент приходит уже обследованным, с уже установленным диагнозом, чтобы мы сразу начинали лечение.

    От ранней диагностики до своевременного эффективного лечения. Как заявил президент России в своем послании Федеральному Собранию, борьба против рака должна стать общенациональной программой.

    Александр Витько - министр здравоохранения Хабаровского края

    - Ведется очень мощная организационно-методическая работа. Сегодня мы сформировали регистр популяционный больных раком на территории Хабаровского края. У нас есть госпитальный регистр этих пациентов. Поэтому в принципе для того, чтобы сегодня понимать куда двигаться дальше, у нас сегодня есть полностью все цифры

    Так на базе краевого онкологического центра планируется создание протонного комплекса. С помощью тяжелозаряженных частиц появится возможность лечить самые сложные случаи рака.

    Источник: http://vestidv.ru/news/18/03/12/23249

    ...
    12

    Марта

    Президент России Владимир Путин в ежегодном послании Федеральному собранию 1 марта 2018 г. неслучайно предложил реализовать специальную общенациональную программу по борьбе с онкологическими заболеваниями. Ежегодно более 600 тыс. граждан России диагностируют рак. Именно поэтому Минздрав объявил 2018 г. – Годом борьбы против онкологических заболеваний.

    Новикова Елена Григорьевна

    руководитель отделения онкогинекологии МНИОИ им. П.А. Герцена – филиала ФГБУ «НМИЦ радиологии» Минздрава России, профессор, д.м.н.

    О настоящем и будущем в лечении онкологических заболеваний женской репродуктивной системы рассказывает руководитель отделения онкогинекологии МНИОИ им. П.А. Герцена, заслуженный врач России, заслуженный деятель науки, лауреат государственной премии России, лауреат национальной премии «Призвание» Елена Новикова.

    Вернуться к советской классике

    - Елена Григорьевна, опишите общую картину состояния здоровья женской репродуктивной системы у россиянок.

    - Не буду оригинальной, если скажу, что все онкологи, не только в России, но и в мире утверждают, что заболеваемость раком растет. Более того, рак становится более «изощренным и молодым».

    Что касается нашей страны, надо признать, что россиянки стали более внимательно относиться к своему здоровью, стремясь стать красивыми и «ухоженными». Но, увы, в России отдалился возраст первых родов. Женщины стали заглядывать далеко в будущее: сначала учатся, строят карьеру и только потом планируют рожать. Но, к сожалению, иногда это может и не получиться.

    Сейчас в среднем первые роды у женщин происходят в 25 - 35 лет. Но следует помнить, что, родив раньше, женщина обеспечивает себе шанс на здоровье репродуктивных органов. Поэтому мы должны развернуть всю демографическую политику в государстве на установку: вернуться к советской классике первых родов и рожать в 20 – 25 лет.

    - В советское время был термин «старородящая»…

    - Если раньше этот термин относился к женщинам, рожавшим впервые после 26 лет, то сейчас фактически после 35. Но вот удивительный парадокс: первые роды стали позднее, а начало половой жизни - очень ранним. Мы фиксируем в среднем, подчеркиваю, в среднем начало половой жизни у девочек в 16 лет, но нередко это происходит в 14, 13 и даже в 11 лет. У нас участились случаи абортов в этом возрасте. Это очень опасно, ведь у девочек еще не функциональная гинекологическая система, легко травмируется слизистая, что приводит к заражению вирусной и бактериальной инфекцией.

    - Есть ли связь между ранней половой жизнью, поздними родами, абортами и раком?

    - Надежд на то, что у женщины появятся какие-то симптомы и подозрения на рак, практически нет! Начальная форма рака женских репродуктивных органов протекает, как правило, бессимптомно. Поэтому ничего иного, кроме как своевременные и систематические осмотры женщин придумать пока невозможно.

    Но ваш вопрос справедлив, потому что связь между упомянутыми явлениями есть, например, заражение папилломавирусом, который считается основной причиной рака шейки матки. Допустим, из 100 женщин папилломавирусом заражены 80, но из 80 раком могут заболеть 5-6. Женщины должны минимум раз в год ходить к гинекологу и проходить профилактический осмотр и обследование (мазки с шейки матки и цервикального канала, УЗИ малого таза).

    Цифры и факты

    - Что входит в женскую репродуктивную систему и какие показатели заболеваемости и смертности?

    - В ряде стран специальности гинеколога и маммолога объединены. Это и хорошо, и плохо. В нашей стране это две самостоятельные специальности, поскольку каждая из них глобальна.

    Женская репродуктивная система объединяет: молочную железу, матку, шейку матки, маточные трубы, яичники и наружные половые органы. Несмотря на то, что рак шейки матки, молочных желез и наружных половых органов является опухолями «визуальной локализации», женщины обращаются нередко на III и IV стадии заболевания. По официальной статистике, рак репродуктивных органов у женщин в структуре онкозаболеваний составляет 41,4%, смертность - 26,5%. Самая высокая смертность от рака молочной железы. Если говорить об абсолютных цифрах, то они еще более настораживают: в 2016 году рак молочной железы диагностирован у 69 тыс., умерли 22,5 тыс. женщин, раком яичников заболели 14 тыс., умерли 7600, раком шейки матки – 17 тыс. и 6600 соответственно.

    В зоне особого внимания

    - Мне кажется, что только ленивый не знает, что раннее выявление рака спасает жизнь. Где мы не дорабатываем?

    - Мы всегда говорим акушерам-гинекологам: сначала исключите онкологию, потом лечите что угодно. Время, потраченное на терапию неопознанного заболевания, - крайне неблагоприятный фактор в дальнейшей жизни пациентки.

    Весь первичный диагностический комплекс должен выполняться в женских консультациях. Именно туда женщина приходит со своими проблемами. От того, насколько врач будет компетентен в вопросах онкологии, зависит жизнь и здоровье пациентки, поэтому мы все должны быть онконастороженными: и врачи, и пациенты!

    Гинеколог при малейших подозрениях должен или установить, или исключить злокачественную опухоль, подтвердив это диагностическими исследованиями, а затем направить пациентку к онкологам. В онкодиспансерах, которые имеются практически во всех субъектах РФ, онкогинекологи, химиотерапевты, морфологи, радиологи и ряд других специалистов на консилиуме определят план лечения. Но главное, повторю, мы все должны учиться быть онконастороженными!

    Профессиональный подход

    - Неужели все так безнадежно? Скажите, мы можем чем-то гордиться в лечении рака репродуктивной системы у женщин?

    - Безусловно. Мы излечиваем рак матки, рак шейки матки, яичников первой стадии абсолютно и, более того, сохраняем женщине репродуктивную функцию. В ряде случаев совместно с репродуктологами используем методы вспомогательных технологий, например, ЭКО.

    Профессиональное кредо нашего отделения – органосохраняющее лечение по всем локализациям гинекологического рака. Мы к этому шли постепенно. Сейчас в ряде случаев достигаем высоких результатов в органосохраняющем лечении даже при инвазивном раке и всегда работаем над тем, чтобы женщина могла после излечения родить. Наиболее сложная ситуация с определенными формами злокачественных опухолей яичников, но при удачных обстоятельствах мы и их спасаем. Однако говорить, что мы можем это сделать массово, пока нельзя, так как принятие решения и методы лечения очень индивидуальны.

    Наши онкологи-гинекологи работают в тесном содружестве с репродуктологами. При этом все решения принимаются совместно с пациенткой, так как она должна знать, какие риски ее могут ожидать.

    Вообще заслуга НМИЦ радиологии в том, что женщины, перенесшие онкологическое заболевание репродуктивных органов, могут рожать детей, огромна! Очень большая заслуга в этом вопросе нашего профессора Марины Викторовны Киселевой. Именно она во многих инстанциях: в Госдуме, Совете Федерации, Минздраве обосновывала и доказывала необходимость разрешения использования ЭКО женщинам, перенесшим рак. Как вы знаете, еще семь лет назад был приказ Минздрава, запрещающий эту процедуру онкопациенткам. Именно наши специалисты добились разрешения на ЭКО в таких случаях и дали возможность огромному числу женщин познать материнство.

    - В каких случаях ЭКО показано, а в каких нет?

    - При раке яичников мы выступаем против ЭКО, даже если пациенты излечены. В то же время вылеченные пациенты от рака матки, шейки матки, наружных половых органов и молочных желез могут использовать этот метод.

    Десять лет назад наше отделение института им. П.А. Герцена получило престижную национальную премию «Призвание» за органосохраняющее лечение в онкогинекологии. Мы очень этим гордимся!

    - И последнее, советы от доктора Елены Новиковой.

    - Обязательная барьерная контрацепция для защиты от вирусной инфекции, не делать аборты, планировать беременность и обязательно раз в год ходить к гинекологу, а после 35 лет - к маммологу и помнить всегда об онконастороженности. Подробнее: https://medvestnik.ru/content/interviews/Onkonastorojennost-eto-chast-nacionalnoi-onkostrategii.htm

    ...

    Страницы